пятница, 11 февраля 2011 г.

Новая постановка Эймунтаса Някрошюса

Каждый раз жду новых известий об этих талантливых людях: режиссере Някрошюсе и актере Миронове.
"Частный корреспондент" порадовал:

В рассказе Чехова «Студент» продрогнувший на охоте молодой герой отогревается у костра и попутно проповедует двум женщинам простого сословия евангельское слово. История троекратного отречения Петра в изложении студента духовной академии так трогательна и человечна, что одна из вдов начинает плакать.


Чехов не объясняет причину этих слёз. Но юноша уверен, что плачет женщина потому, что «всем своим существом заинтересована в том, что происходило в душе Петра». Как, очевидно, и сам студент, который описывает душевные страдания слабого и робкого человека куда ярче, чем картину бичевания сына Божьего.

Ледяной дворец
Как чеховский студент в апрельском лесу, однажды я сильно продрогла на «Гамлете» Эймунтаса Някрошюса. Пришлось сидеть у самой сцены, на которую всё выносили и выносили куски льда. Как и студента, меня посетило озарение. Мне представилось, что весь театр Някрошюса — это некая прекрасная конструкция изо льда, дворец Снежной королевы, в котором холодно и неуютно живому человеку...
Теперь ощущение физического холода не покидает меня всякий раз, когда приходится сталкиваться с искусством выдающегося литовского мастера. Та же история повторилась и с «Калигулой».

Премьера пьесы Альбера Камю в Театре наций состоялась в первых числах февраля. Но работа над спектаклем шла несколько лет — от вербализации идеи в 2003 году и продолжительного во времени и пространстве кастинга в 2009-м до венчающего дело итога.
Основой для пьесы Камю послужили сочинения Светония и Плутарха, но к исторической достоверности автор, понятное дело, не стремился, занятый, как всякий уважающий себя экзистенциалист середины XX века, в основном рассуждениями о смысле и бессмыслице бытия и одиночестве человека среди людей.
Теми же вопросами озадачен и его герой Калигула, в силу объективных причин незнакомый с «Психопатологией обыденной жизни», «Психологией масс и анализом человеческого «я» и другими трудами профессора Фрейда. Поэтому вместо разумной творческой деятельности, венцом которой нередко служит нобелевское лауреатство, он приносит в жертву своим неврозам сограждан и рабов. Просто-напросто казнит их сотнями направо и налево.
Камю, а вслед за ним Някрошюс находят оправдание нехорошим поступкам Калигулы в его тонкой душевной организации, мизантропии, одиночестве, недолюбленности и нежелании безропотно сносить позор судьбы. Собственно, там же, где Достоевский не находит оправдания Раскольникову.
Читать дальше


Комментариев нет:

Отправить комментарий